Больдог (boldogg) wrote,
Больдог
boldogg

Categories:

Отчёт с "Мира Греха".

В прошлом посте я много говорил о жёстко заданном смысле игры и этот отчёт анонсировал именно как пример такого смысла.
Видимо, мне стоит уточнить, что я под жёстко заданным смыслом имею в виду. По-моему это вопрос, на который предлагается с помощью игры ответить. Тема, над которой предлагается подумать.
Очень важно - вопрос, а не ответ! На мой взгляд жёстко задавать ответ - это уже на грани бестактности.
То есть ответ тоже может быть задан жёстко, да. Но для того, чтобы я счёл смысл игры строго определённым, это уже избыточно. Достаточно жёстко заданного вопроса - игра именно об этом, об А, а не о Б, кто считает, что о Б, тот неправ. Такой жанр. Весьма непривычный для меня, к слову сказать. На играх к которым я привык, игрок может в значительно более широких пределах решать, про что эта игра для него.
Скажем, мастер делает игру про то, как прекрасно стремление к свободе и восстание против тирании, про "Liberté, Égalité, Fraternité!" и все на баррикады. А игрок играет в то, как чудовищны революции и что давить надо всех этих Робеспьеров, пока маленькие. Или ещё круче, когда смысл игрока и мастера даже не противоположны, а вообще не очень связаны. Скажем, мастер делает про любовь, а игрок сыграл про войну.
И это не значит, что игрок ошибся, что напрасно съездил на игру, нет. Это нормальная ситуация. У одних про одно, у других про другое. Мастер тут только первый среди равных.



Так вот смысл "Мира греха" был примерно в следующем: попытаться подумать о том, что делает человека человеком.
В чём разница между человеком и не-человеком. Что если не-человек создан совершенным достаточно, чтобы разница в поведении стала неразличима - стал ли он от этого человеком?

Антураж такой. Недалёкое будущее. Созданы андроиды практически неотличимые от человека внешне и практически идеально имитирующие его поведение. Очень продуманные программы, большие вычислительные мощности и т. д. Использование андроидов в быту запрещено, но они есть в парках развлечений, в т. ч. в программах с высоким уровнем насилия.
Да, внешне очень похоже на "West World". Этот сериал был одним из источников к игре. А по описанию андроидов похоже на S.N.A.F.F.

Я играл католического священника по имени Томас. Причём такого священника, прогрессиста-прогрессиста, находящегося на самом либеральном краю Церкви и очень активно пытающегося этот край двигать дальше, постоянно балансирующего в связи с этим на грани выхода из Церкви.
Томас был изначально совершенно уверенным в том, что андроиды, сколь совершенными бы они ни были - не люди. Основания элементарные - у них нет души. Сколь бы ни была совершенна программа имитирующая поведение человека, самого человека за ней нет. Даже если разницы заметить нельзя - это значит только что молодцы программисты, отлично поработали. Но имитацию программист создать может, а душу не может. Души создаёт только Бог. Тема закрыта, андроид не человек. Он принципиально ничем не отличается электротостера, от мишени в тире, с ним можно делать абсолютно что угодно. Скажем, любое сколь угодно жёсткое сексуальное взаимодействие с андроидом - разновидность онанизма, не более. А убийство - это как в компьютерной игре застрелить NPC (у моего персонажа даже была отдельная проповедь посвящённая защите компьютерных игр). Причём это _совершенно_ никак не зависит от степени убедительности андроида. Ровно ничто не мешает программистам, при написании имитации поведения, сделать в ней специальные крючочки, призванные вызвать у гостей парка ощущение, что андроид больше чем кукла. Абсолютно любое внешнее проявление может быть проявлением программы - и оно может быть и таким, чтобы имитировать сбой программы, выход за её пределы. Нет, степень схожести с человеком неважна - всё равно электротостер.

Так что начал мой персонаж довольно жёстко - насилие, стрельба - в общем, всё то, что и следовало бы ожидать от гостя программы такого типа. Кроме прочего он начал пытаться вытряхнуть из андроидов информацию о том, что они знали в своих прошлых циклах (цикл завершается "смертью" андроида, после неё он идёт на перезагрузку) - у него были основания полагать, что один из них в прошлом цикле знал нечто важное о нём, Томасе, причём эта информация извне парка. Нужно было с этим разобраться.
Вот, Томас и разбирался не стесняясь в средствах, рассуждая, что если и не разберусь, то хоть хорошо поиграю (а он клал немалую вероятность на то, что эта ниточка протянута создателями парка специально, чтобы сделать ему игру. Хоть и был возмущён тем, что они ради этого взяли информацию о нём из реального мира).
Его совершенно не смущали ни слезы, ни истерики, ни пробуждающаяся память о прошлых жизнях Дейзи и пастора Дика - ну, ок, молодцы программисты, хорошую имитацию написали. Не смущало его и то, что с каждой смертью Дейзи и пастор всё сильнее походили на людей - опять же, ну, так они запрограммированы, больше достоверности, больше накал страстей, всё круто - за то программисты и получают зарплату.

Важно было полное отсутствие философского обоснования того, что у андроида может быть душа.

А потом Томас это философское обоснование нашёл.
Нашёл не вполне сам - крайне удачную подачу ему дала гадалка. Да, про гадалку. В какой-то момент, после очередного витка допросов со стрельбой персонажу внезапно предложили нечто особенное. Он охотно согласился. Этим особенным и стал разговор с гадалкой (кстати, мне очень интересно, кто именно играл её в разговоре со мной? vetta_vetka или dikaya_radost? )
Та сделала несколько попыток заставить Томаса усомниться в том, что андроиды это только андроиды - но эти попытки уходили в описанную выше уверенность: "Нет души и неоткуда ей у них взяться. Куклы."
А потом гадалка попала.
Отлично помню эту подачу, она спросила, как я считаю, являются ли людьми те, кто родился в результате искусственного оплодотворения. Томас не задумываясь ответил, что да, конечно. И тут же продолжил цепочку. Значит у них есть душа. Но кто её им дал? Тот же кто и нам, Бог. Но их тела были созданы не вполне "традиционным" способом. И что? Тем не менее Бог дал им души - эти тела способны души принять и души были им даны. Мог и не давать, но дал. Но почему тогда не допустить, что Бог может давать души и андроидам??? Это невоз... Стоп, для Бога нет ничего невозможного. Он свободен. Он _может_ вложить в андроида душу. Люди сумели искусственно создать такое тело, в котором душа может существовать, сумели создать сосуд, который может быть наполнен - и Бог мог его наполнить, мог вложить в него душу. Да, мог и не вкладывать, сосуд мог остаться пуст, а по его внешнему виду мы не может уверенно судить о том, пуст он или полон. Но он _может_ быть полон! Бог мог вложить в андроида душу - этой возможностью нельзя пренебрегать.
Очевидно, что если нечто неотличимо от человека по поведению и может иметь душу, то следует относиться к нему как человеку. Это не та ситуация, когда можно рисковать. Их нельзя убивать. Нельзя мучить. Если мы стреляем по мишеням в тире и вдруг узнаём, что за одной из мишеней может быть живой человек, то единственное как на это можно среагировать - немедленно прекратить стрельбу.

И тут Томаса настигла вторая волна. Следует признать - её я придумал до игры (может это и не вполне хорошо, но думать-то себе не запретишь) и не знал, будет ли на игре момент, в который эту мысль можно будет реализовать. Момент случился - лучше не придумаешь.
Правда, тут я уже, пожалуй, выходил за рамки смысла игры, начинал тащить в неё свой смысл (а может и нет, трудно сказать).
Ведь вопрос, который волновал Томаса по настоящему, вопрос всей его жизни, вопрос, по сравнению с которой всё прочее - как рябь на воде по сравнению с цунами - это конечно теодицея. Именно и только она. Его не удовлетворяли ответы, которые на этот вопрос даёт Церковь. Но его не удовлетворяли и ответы, которые он давал на этот вопрос сам.

И тут его просто как громом поразило - он увидел возможность решения этой проблемы.
Он думал примерно так: "Если мы не знаем, есть ли души у андроидов - Бог мог вложить их, но мог и не вкладывать, а по поведению судить нельзя - то откуда мы знаем, что души есть у людей, исключая меня самого? О себе самом я знаю точно, но я - это единственный человек, о котором я это точно знаю, знаю изнутри. О всех других я сужу по внешним проявлениям. Но их недостаточно. У всех остальных людей может и не быть души! И именно это может стать ключом к теодицее. Ведь в чём проблема? В очевидном существовании страданий и зла. Вот гибнущий ребёнок и плачущая над ним мать - страдания наглядны, очевидны и ужасны. Но что что если их на самом деле нет? Что если они... если они по сути андроиды? Тогда страданий нет. Зла нет. Его просто не существует. Вернее существует - но лишь то, которое случилось со мной самим, но со мной самим не случилось ничего такого, что нельзя было бы оправдать. Зачем это Богу? Очень понятно зачем. Для того, чтобы люди стали такими, чтобы их можно было друг до друга допустить. Этот мир - как бы не настоящий. Он только учебный полигон, прелюдия, дорога к настоящему. О чём-то похожем говорит и Церковь, но если все люди - люди, то эта дорога залита настоящей кровью, пропитана настоящими страданиями. А если нет? Если этот мир - только для меня, а существует этих миров столько, сколько существовало людей - по одному на каждого?"

Томаса раздирало от неожиданности этой идеи, от многого, что можно было считать её подтверждениями: "Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей. Ибо все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего." Но ужасало и то, что эта мысль обесценивает мир, а ведь в нём много прекрасного. Но не сохранится ли это прекрасное... но как... а может быть частично миры пересекаются... но как это может быть... но Бог всемогущ... но не противоречит ли это... нет, пожалуй нет... или...

Вот примерно чем-то таким была забита голова Томаса, так что вовне он, видимо, стал выдавать нечто довольно невнятное. То обрывки этих идей, то попытки как-то действовать с ними в соответствии. В любом случае, ему было ясно,что относиться к андроидам следует так же, как к людям - понимая при этом, что возможно людьми они не являются - но это не противоречит "относиться как к людям" потому что и люди, исключая его самого, могут людьми не являться.

Так что Томас пытался защитить андроидов (он опасался, что администрация парка попытается их уничтожить возможно предварительно натравив на гостей - этим заодно оправдав последующее уничтожение). Единственным возможным отношением к ним теперь ему казалось только признание полного равноправия с людьми. Он написал требование немедленно закрыть парк, начал собирать под ним подписи людей, написал ещё одну бумагу с требованием ни в коем случае не делать с андроидами ничего необратимого, угрожая в этом случае добиться для принявших решение суда как за геноцид.

При этом занимался он этим... как сказать-то... как-то на втором слое сознания что ли. Как чем-то побочным. Как делом, которое вроде и надо делать, но которое по-настоящему не важно. Получится ли, нет ли - да какая в сущности разница. Сумеют ли люди освободить андроидов, которые уже тоже люди, или не сумеют, и администрация парка перебьёт людей, андроидов или тех и других - да какая, по большому счёту разница? Души бессмертны. У Бога все живы.
Это он пытался объяснить одной своей собеседнице. Она говорила Томасу, что боится за... не запомнил имени... за кого-то из андроидов, что он может не успеть перейти на третью стадию или как-то так. Томас не очень понимал, что за третья стадия. Это было не очень важно. Он ответил примерно так:
- Не бойся. Или он уже стал человеком - тогда за него нечего бояться. Души бессмертны. Или он человеком не стал. Тогда бояться не за кого."

Такое отношение, конечно, несколько мешало действовать в реальном мире. То есть делать-то, конечно, всё равно следует то, что должно - но будь что будет. Вот уж воистину - будь что будет.

Важно не это... Что? Чип? Да, конечно, бери чип, никаких проблем. Он ничего не значит, как вы не поймёте. Не чип делает нас людьми, не чип сделает людьми и вас. Это не важно.
А важно... как же тогда всё-таки быть с обесцениванием этого мира? А любовь - ведь я же люблю и любим - это тоже всё не в счёт? Общие воспоминания... Что? Подняться наверх? Да, конечно, давайте поднимемся. Томас поднялся наверх и наверху его застрелили. Это было для него не очень важно. Он даже нечто вроде облегчения испытать успел - можно не суетиться, а наконец узнать, как же оно всё-таки на самом деле.
Tags: Религия, Ролевые игры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 35 comments